Брошенность
и запрет проявляться
Переживания мучительной зажатости и скованности в общении (то, что мы называем «запретом проявляться») бывают связаны с эпизодами брошенности в раннем возрасте.

Нет человека, который в детстве не пережил бы ситуацию, когда его оставляли близкие люди. Но не всякая оставленность становится именно брошенностью, травмой. Весь вопрос в том, как оставили, кто оставил, на какой срок. Расскажу вам историю работы с женщиной по имени Мария.

Это была деловая женщина, которая вела одновременно два бизнес-проекта. Она пожаловалась на то, что ей крайне трудно заявлять о себе в профессиональном сообществе и общаться с мужчинами. На рисунке она изобразила, что её «запрет проявляться» – это высокий стеклянный купол. Он появляется всякий раз, когда ей важно общаться с кем-то, он не дает ей говорить и двигаться. Я попросила вспомнить конкретный случай, когда она ощутила, что закрыта этим куполом, и показать, как это происходило.

Мария рассказала, как недавно на отдыхе она познакомилась с интересной компанией. «Мы сидели за завтраком в красивом зале, в отеле у самого моря, болтали о разных пустяках, и мужчина спросил меня: «Ну, а ты, Мария, чем занимаешься?» В этот момент моё горло сковало настолько, что я ничего не могла сказать. Я также не могла двигаться, как будто вплотную ко мне прижата прозрачная стенка».

Я предложила Марии выбрать в группе персонажей на роль всех персонажей сцены и «Купола», который появляется в момент, когда мужчина задаёт свой вопрос. Когда она пошла на роль «Купола», я попросила показать движением, как он останавливает Марию. «Купол» похлопал по голове Марии, типа: «Сиди, не высовывайся».
В ответ на это воздействие героиня начала приседать, подняла руки в положение «Сдаюсь» и откинулась назад. «Купол» сказал ей: «Ну же, ты сопротивляйся!». Но она не могла сопротивляться. Я спросила у «Купола», когда он появился в жизни Марии, и он ответил: «Когда ей было полтора года».

Мария вспомнила, что в возрасте полутора лет мама с папой отвезли её жить к бабушке. До этого она там никогда не была, а тут они привезли её спящую, оставили и уехали. Она проснулась, а родителей нет. Я спросила, почему они так поступили, как они это объясняли. Она ответила: «В семье наступили финансовые трудности, нужно было выживать».

Мария вспомнила, что был ещё один эпизод, возможно, связанный с появлением «Купола»: в более позднем детском возрасте она много раз видела, как отец сильно бил старшего брата. Она наблюдала за этим и всё время ожидала, что когда-нибудь отец начнёт бить и её. Этого не произошло, но она этого боялась.

В такие моменты, когда клиент предлагает для работы два эпизода, я испытываю растерянность и даже впадаю в ступор, я с трудом могу сделать выбор. Здесь нужно было выбрать тактику работы. Если взять эпизод в полтора года - нужно работать с травмой брошенности, а если эпизод в пять лет - то с «травмой свидетеля». Это разные тактики. Что вернее поможет женщине, при том, что это не сессия в продолжительной терапии, а единичный тренинг, и, возможно, Марию я больше не увижу?

Чтобы справиться с замешательством и найти внутри себя опору, я стала перебирать эпизоды своего похожего опыта. Я вспомнила свою брошенность, когда меня неожиданно перевезли в интернат в 6 лет и оставили там. «Травма свидетеля» у меня тоже была, но другого рода, когда я видела много мёртвых непохороненных людей, которые лежали в городе во время эпидемии. Что и как сильнее повлияло на мою собственную скованность, которая тоже когда-то сильно мешала мне общаться с людьми… Я до конца сейчас не осознаю, как был сделан выбор: то ли Мария мне подсказала, то ли что-то изнутри меня подтолкнуло, но мы занялись первым эпизодом.

Я предложила показать место, где всё происходило. Она описала коридор, где её спящую оставили родители. Она просыпается, вместо них бабушка, а у нее горе и отчаяние, и полнейшая потерянность.

Я предложила Марии представить, что сейчас она в роли себя маленькой. Но она может выразить все свои чувства, осознать их, сформулировать, так как это делает «маленький мудрец». Для начала я предложила выразить звуком то, что она чувствовала в этот момент, и она стала хрипеть. Хриплый звук начинался тихо а потом усиливался. Я стала хрипеть вместе с ней, затем предложила прибавить к звуку движение и слова, в которых она может выразить свой протест и требование к родителям не оставлять её таким образом, не поступать с ней настолько жестоко. А даже если семье никак иначе не выжить, то сначала приучить её к дому бабушки, привозить и оставлять сначала ненадолго, разговаривать с ней маленькой, обещать вернуться, оставить с ней утешительную мягкую игрушку, то есть, сделать всё это каким-то более человечным способом.

Мария начала двигаться, двигать плечами, руками, и даже бить ногами в сторону «мамы» и «папы», которые стояли перед ней. Я предложила ей ещё взять себе в помощь какого-то ресурсного персонажа, который подскажет ей, как нужно требовать своего. Мария сказала, что она хочет видеть рядом с собой кого-то в роли Юлии Гиппенрейтер. Из её роли она сказала самой себе маленькой: «Не бойся говорить, как ты злишься и как ты требуешь, чтобы они остались, чтобы не были такими злыми и жестокими к тебе. Ты можешь кусаться, щипаться и кричать!»

Женщина в роли Юлии Борисовны была очень живая и активная. И пока Мария показывала, как она щипается и кричит, вся группа ужасно смеялась, в этом было много энергии. Позже мы все выдохнули.

Когда мы завершали сцену, я предложила ей остановиться и посмотреть, почувствовать, где «Купол», который когда-то появился в этот момент жизни. Она сказала: «Я его не вижу и не чувствую. У меня ощущение, что сейчас всё моё пространство принадлежит мне».


Примерно через неделю после работы мы поговорили с Марией, и я спросила, как она ощущает себя после семинара. Ведь это была всего лишь 40-минутная сессия, помогла ли она хоть немного?

Мария сообщила, что с тех пор она ощущает прилив сил, много энергии, и ей удалось сделать вот что: построить детальную стратегию развития нового проекта, о котором раньше она боялась даже мечтать и найти нескольких людей, которые могут быть партнерами в этом деле. «Я больше не фокусируюсь на страхах, а фокусируюсь на необходимых действиях».

Конечно, я рада была узнать об этом. Хочется, чтобы этот эффект был долговременным. Мне нравятся слова «Всё моё пространство принадлежит мне». Желаю, чтобы ваше пространство тоже принадлежало вам.
Автор статьи Евгения Рассказова
Психолог, психодраматист, гештальт-терапевт



Приглашаю на писательский тренинг "Пиши легко" с 6 по 17 апреля в Москве

Made on
Tilda